Евроэнергетика: Норвегия в эпоху низких нефтяных цен

27 Февраля 2015

Из всех энергетических держав Норвегия обладает наиболее диверсифицированной экономикой в Европе. Конкуренцию северной монархии по данному параметру в общемировом масштабе составят разве что ОАЭ. За последние 25 лет шейхи нефтеносных барханов смогли снизить зависимость своего бюджета от углеводородного наполнения с 95 до 35 процентов. Недавно выяснилось, что полное отсутствие собственного ВПК не мешает Эмиратам продавать оружие четвертому в мире производителю вооружений. Вот как уметь надо. Норвегия за последние 25 лет бюджетную зависимость от нефтяного фактора приобрела. Открытие нефтегазовых месторождений на шельфе Северного моря стало мощным стимулом для бурного роста норвежского благосостояния.

Пятимиллионная страна сделала максимум возможного в плане разумного использования природных богатств. В том числе неожиданно обнаруженных под слоем соленых вод. Все шельфовые месторождения были объявлены общегосударственной собственностью. Контрольный пакет акций в монополистах Statoil и Norsk Hydro принадлежит норвежскому государству. Специально созданное министерство нефти крайне жестко и внимательно регулирует деятельность всего энергетического сектора. Как-то не очень вяжется с приматом либеральных ценностей и саморегулирующейся рыночной рукой, да? Почему-то норвежской опыт обустройства нефтегазового сектора не был востребован при проведении приватизации в РФ. К нему пришлось обратиться после 2000 года. Пришлось выдирать лакомые куски государственной собственности из белозубых олигархических пастей. Не без упорства и интриг, не без обид и тюремных сроков. Иные до сих пор от злобы челюстями щелкают, выдавая судорожные гримасы за политическую деятельность. Некоторые верят.

В Норвегии абсолютно весь извлекаемый на поверхность газ идет на экспорт. Причем все в больших количествах – за пределы Европы. Ибо в Азии торговать голубым топливом выгоднее, даже с учетом трансконтинентальной доставки. Тем не менее до 20 процентов топливных потребностей Единой Европы обеспечивает не участвующая в ЕС Норвегия. Нефть собственной добычи используется весьма ограниченно, как топливо для автомобилей и сырье в химической промышленности. 99 % энергетических потребностей Норвегии обеспечивается гидроэлектростанциями. Субсидируется возведение приливных и ветровых генерирующих мощностей, имеются проекты собственных АЭС. Прекрасно развито машиностроение и судостроение – опять же с упором на обслуживание нефтегазовой отрасли. Рыболовство и сельское хозяйство обеспечивают качественным продовольствием норвежцев и соседей по континенту (разумеется, не полностью, к обработке пригодно всего 3 % земель).

По уровню развития человеческого потенциала, по качеству социальных гарантий, по доступности прекрасного здравоохранения, по объему ВВП на душу населения и согласно прочим макроэкономическим показателям Норвегия занимает первые места в любых рейтингах. И это вполне заслуженные места (их не Moody´s рисует). Различия в равенстве доходов по коэффициенту Джини составляют всего 0,25-0,28 (незначительная дифференциация доходов). Высококачественные медицинские услуги одинаково доступны и для монарха, и для обычных граждан. В сельской местности есть продуктовые магазинчики вообще без продавцов. Плату за овощи, фрукты, консервы, джемы-варенья посетители просто складывают в специальную коробку. Без прохиндейства и воровства.

С добычи нефти и газа на североморском шельфе в пользу норвежского государства взимались и взимаются следующие виды сборов:
- роялти как постоянная плата за однократную выдачу лицензии на разработку полезных ископаемых;
- налог на прибыль;
- отдельный налог на сверхприбыль;
- специальный территориальный взнос;
- налог на выброс углекислого газа в атмосферу;
- прямая доля государства в доходности трубопроводов и месторождений (SDFI).

Головокружительная легкость нефтегазового бытия способствовала увеличению внешнего долга Норвегии. В конце 70-ых годов XX века государственный долг достиг 30 % от ВВП. Валовой внутренний продукт в стране фьордов огромный, особенно при пересчете на душу населения. Волевым политическим решением и при полном одобрении общества жизнь в долг была признана ошибочной. Была принята программа по его ликвидации. В 2005 году, в канун очередных выборов, эту программу даже удалось выполнить (в отчетах для СМИ). К сожалению, в реальности государственный долг Норвегии составляет 55 % ВВП, вместе с корпоративным – 136 % ВВП.

За счет фискальных отчислений был сформирован Нефтяной Фонд Норвегии, впоследствии переименованный в Глобальный пенсионный. Хотя пенсионных взносов в нем нет и никогда не было. Скорее он предназначен как пенсия для целой европейской страны в случае истощения углеводородного «Клондайка». Как финансовая подушка безопасности для будущих поколений этот Фонд обладал активами стоимостью 150 млрд. $ в 2005 году. В начале 2014 года данный показатель достиг 730 млрд. $. Что составляет впечатляющее значение в 136.000 $ на каждого гражданина северного королевства.

Правда, инвестиционные вложения нефтепенсионного фонда засекречены. А его общий объем лишь на 23 % превышает сумму внешней задолженности Норвегии. И все же. По совокупности объективных условий – финансовых, экономических, геополитических, социальных – Норвегия среди нефтедобывающих государств выглядит лучше всех готовой к спаду нефтяных цен.

Но добыча, переработка и транспортировка нефть и газа обеспечивает 36 % налогов во всей стране. И более 52 % от всей валютной выручки. Кстати, норвежская крона с августа прошлого года (с начала обвала нефтяных цен) обесценилась на 27 %. По мере понимания того, что отскока стоимости барреля к 100 $ ждать не приходится, Норвегию накрыла другая истина. Нефтяной Пенсионный Глобальный Фонд (НПГФ) выполняет столько функций, что севильский цирюльник позавидует.

За счет фондовых средств содержатся безработные, коих всего-то 3% от трудоспособного населения. Но еще без малого миллион граждан Норвегии – находящихся на курсах повышения квалификации и переподготовки, обучающихся в вузах, находящихся в самых различных отпусках – живут за счет НПГФ. Отсюда же дотируется сельское хозяйство. Да в очень больших объемах, в зависимости от области и специфики сельскохозяйственной деятельности – от 50 до 80 (!) % расходов. Разумеется, можно поставлять землянику с черешней в половину Европы. С таким-то нефтедолларовым подспорьем за спиной.

Норвежская диверсификация оказалась связана с тем же нефтегазовым бизнесом. Снижение стоимости маслянистого барреля получило мультипликаторный эффект. Уменьшение темпов добычи углеводородов означает меньше заказов в машиностроении и трубопрокате. Страхование от дефолта частных компаний чревато колоссальными убытками. Снижение частоты геологических изысканий влечет меньшую потребность в оборудовании. Ремонт и обслуживание нефтегазовых платформ съедают солидные средства, а валовая выручка усохла вдвое. Капитальные вложения в весь нефтегазовый комплекс сократились еще больше, почти втрое. Свертывание буровых работ в арктических широтах и на шельфе скверно сказывается на судостроении. Кроме того, новых углеводородных месторождений норвежские геологи не обнаруживали уже 20 лет. Если их не удалось найти в эпоху высоких нефтяных цен, то шансов на обнаружение в низкий период немного. В нефтегазовой и смежных отраслях норвежской экономики трудится около 30 % всего трудоспособного населения страны фьордов.

Разумеется, никаких катаклизмов или ощутимых кризисов Норвегию пока не ждет. Но универсальный Фонд будущих поколений может обесцениться уже в настоящем. В 2008 году он потерял 25 % стоимости всего за несколько месяцев. Высочайшие социальные стандарты требуют постоянной денежной подпитки. Как и сельское хозяйство со здравоохранением и образованием. Как и профилактика межэтнических и межконфессиональных конфликтов – после Брейвика и во время Charlie Hebdo это вполне разумно. Если обратить внимание на риторику норвежских властей, то после августа 2014 антироссийских санкционных призывов в ней не найти. Глобальная экономика ввела собственные санкции против всех нефтедобывающих стран. Враждовать таким странам – все равно что драться в спасательной шлюпке во время шторма.



Вернуться к списку